Этот рассказ Сергей Богаев записал на видео, обращаясь к Алексею Вишне; запись длится 2 часа 22 минуты. В рассказе он говорит о «нынешнем» альбоме 2008 года, так что запись сделана, по-видимому, тогда. Ниже — пересказ только того, что Богаев говорит сам, со ссылками на него; та же история, рассказанная в письменных мемуарах, — в главе 14.
Откуда взялись лупы
«Ария варяжских гостей» впервые вышла около 2004 года на сборнике журнала «Фуз» — в первой версии, где Богаев играл на барабанах сам. Послушав диск, он решил больше не выпускать записей со своими барабанами: «не барабанщик я». Великолепный барабанщик у группы был — Валерий Журавлёв, но он жил в Архангельске, а на его дорогу и проживание не хватало денег.
Узнав об этом, Алексей Вишня позвал его к себе и показал библиотеку лупов — записанных живых барабанов, загнанных в память синтезатора. Вместе они выстроили лупы друг за другом, «как пирамидку», и получилась партия минут на четыре; Вишня скинул её Богаеву на диск. «Это был судьбоносный и поворотный момент», — говорит Богаев; для обоих такая работа была в новинку.
Первая вещь
В студии Богаев закинул барабаны в сессию, включил гитару сразу через два комбика — басовый и гитарный — и писал её тремя-пятью микрофонами. Первые полчаса наигранного он потом назвал «слегка утяжелённой попсой» и рад, что этого никто не услышал. Ночные смены Тропилло отдал ему, и он экспериментировал до утра; вещь получила рабочее название «номер один». За день-два работы с лупами сложилась композиция на четыре минуты; в середину он вставил несколько тактов акустической гитары, стоявшей в студии. Начинается песня со звуков варгана — их по его просьбе наиграл музыкант фолк-группы, записывавшейся в те дни, — а заканчивается детским голосом.
Всего на первую композицию, по его оценке, ушло около трёх дней. Андрей Тропилло, зайдя в студию и услышав барабаны, спросил, кто играет («это ведь не живой человек»), и узнал, что тексты будут. Богаев замечает, что Тропилло никогда не хвалил его в глаза, но по тону было видно, что тот доволен. С Вишней они послушали результат и решили продолжать: у Вишни за эти дни появились новые программы с сотнями лупов и семплов, и так собрались вторая, третья и четвёртая композиции. Тогда Богаеву казалось, что до конца альбома месяц-два; теперь он рад, что альбом не был закончен в 2004 году — иначе получился бы «совсем не тот».
Английский язык и «двигать на запад»
Слушавшие новые вещи в студии не раз говорили, что с такой музыкой надо петь по-английски и «двигать на запад». Богаев отвечал себе, что у России от Прибалтики до Чукотки полмира, зачем ему запад. Деньги, добавляет он, вопрос всегда был острым — но тексты остались русскими.
Звукорежиссёр на «АнТропе»
В эти годы Богаев работал в штате звукорежиссёров студии вместе с самим Тропилло и его племянником Виктором Ильиным, записывал приходившие группы и получал за это деньги; Вишня, по его словам, в это время поддерживал его. Минус такой работы — после многочасовой смены с чужой группой почти нет сил на собственную музыку, а время для неё — ночь.
Курылёв и потерянная песня
Тропилло поручил Богаеву записывать сольный проект Вадима Курылёва (прежде играл в «ДДТ»); на барабанах сидел Михаил Нефёдов из «Алисы». Курылёв, по словам Богаева, формально записывался бесплатно, по просьбе Тропилло, но по-дружески неофициально оплачивал работу — «весьма существенная поддержка». Лучшей песней альбома Богаев считает «Мою оборону» Егора Летова: в ней удалось получить жёсткий, агрессивный звук, непривычный для мягкого голоса Курылёва.
Самой удачной песней он называет «Дядя Миша» — песню о Михаиле «Дяде Мише» Чернове, в которой на саксофоне играл он сам. Её уже почти свели, но поздно ночью при совместной работе над сведением в компьютере она была случайно стёрта и вернуть её не удалось. Курылёв, которому Богаев сказал «дядя Миша убит», сначала решил, что речь о человеке, — и только потом выяснилось, что «убита» песня. Её записали заново в совсем другом варианте, с программными барабанами (Нефёдов уехал на гастроли); оригинал, как говорит Богаев, слышали практически только он и Курылёв.
«Катран»
Похожий случай произошёл при записи группы «Катран»: Богаев, начавший вещь с лупов у Вишни дома, тоже нажал не ту кнопку, и композиция «исчезла». Лупы этой песни, собранные в нужном порядке, хранились у Вишни на компьютере, но переигрывать десятки гитарных дорожек не хотелось. Выручил Слава, лидер «Катрана» (по словам Богаева, он тоже играл в «ДДТ»): у него дома стоял тот же ProTools, он давно его освоил, велел ничего больше не пробовать — и вернул композицию за несколько действий. Богаев узнал от него, чего делать нельзя.
Два трибьюта
Тропилло дважды приглашал Богаева в трибьюты. Первым был двойной сборник Борису Гребенщикову (признан иностранным агентом) «Небо и земля»: Богаев записал «Я змею», взяв только текст — две строчки, — и сочинив собственную музыку; Тропилло прослушал её дважды и одобрил, а песня, по его словам, оказалась одной из самых ярких на сборнике. Вторым стал трибьют Маяковскому: нужно было выбрать стихотворение примерно на пять минут и написать на него песню. Тропилло разрешил работать при условии, что Богаев будет не один, а в присутствии его самого или его брата Ясина (Ясин Тропилло — брат Андрея Тропилло).
Что здесь не сходится
В транскрипции название видео датировано 2011 годом, а Богаев говорит об альбоме «2008 года» и о трёх с половиной годах работы: так что запись, скорее всего, сделана в 2008 году, а альбом вышел позже (страница «Ыгыатты»). Фамилия Славы из «Катрана» и имена других участников студии в расшифровке неразборчивы, поэтому здесь они не названы.
Источник: видео «Сергей Богаев рассказывает про запись «Ыгыатты» (YouTube, 9Yj26ej0mYg); пересказ по автоматической расшифровке. Утверждения о других людях — слова Богаева.
